Kafe-sviaz.ru

Финансовый журнал
0 просмотров
Рейтинг статьи
1 звезда2 звезды3 звезды4 звезды5 звезд
Загрузка...

Отмывание денег статистика

Научно-исследовательский журнал

The problem of money laundering obtained by criminal means in the Russian economy

Любарская Мария Александровна
Гаченко Мария Сергеевна

1. Доктор экономических наук, профессор кафедры государственного и территориального управления
Санкт-Петербургский государственный экономический университет
2. Студент магистратуры
Санкт-Петербургский государственный экономический университет

Lyubarskaya Mariia Alexandrovna
Gachenko Mariia Sergeevna

1. Doctor of Economics Sciences, Professor of the Department of state and territorial administration,
Saint Petersburg state university of economics
2. Master student
Saint Petersburg state university of economics

Аннотация: В статье рассмотрена проблема отмывания денежных средств, полученных преступным путем в российской экономике. Выделены основные секторы экономики России, формировавшие спрос на теневые финансовые ресурсы, определена тенденция развития теневого сектора экономики в России. Рассмотрены основные результаты деятельности правоохранительных органов в области ПОД/ФТ.

Abstract: The article deals with the problem of money laundering in the Russian economy. The main sectors of the Russian economy that have shaped the demand for shadow financial resources are identified, the development trend of the shadow sector of the economy in Russia is determined. The main results of law enforcement in the field of counteraction of money facilities and terrorism financing.

Ключевые слова: экономическая безопасность, экономические преступления, отмывание преступных денежных средств, теневая экономика в России, теневые группы.

Keywords: economic security, economic crimes, criminal money laundering, shadow economy in Russia, shadow groups.

Отмывание денежных средств, полученных преступным путем, представляет собой процесс перехода криминальных денежных средств из теневого сектора экономики в легальные финансовые потоки путем сокрытия их происхождения. Проблема легализации преступных денежных средств создает дополнительные угрозы экономической безопасности и развития экономики государства в целом за счет вовлечения в схемы отмывания денежных средств различных секторов экономики, а также финансирования терроризма. Развитие преступлений в данной области ведет к нарушению стабильности всех сфер общественной жизни.

Согласно статье 174 УК РФ, отмывание денежных средств определяется как совершение финансовых операций и других сделок с денежными средствами или иным имуществом, заведомо приобретенными другими лицами преступным путем, в целях придания правомерного вида владению, пользованию и распоряжению указанными денежными средствами или иным имуществом [8].

По оценкам ООН ежегодно отмываемые доходы составляют от двух до пяти процентов мирового ВВП или от 1,6 до четырех триллионов долларов [10]. В соответствии с данными, представленными в Российском обзоре экономических преступлений за 2018 год, легализация доходов, полученных преступным путем, составляет 15% от всех экономических преступлений в России и 9% на мировом уровне [6]. При этом объем теневой экономики в России оценивается в 20,7 трлн руб. или 20% ВВП в 2018 г., 18,9 трлн руб. или 20,5% ВВП в 2017 г. и 24,3 трлн руб. или 28,3% ВВП в 2016 г. [9].

Для выявления проблемы отмывания дохода в России, перейдем к непосредственному анализу данных об экономических преступлениях, совершенных в России и преступлениях в области легализации доходов (Рисунок 1).

Рисунок 1. Количество экономических преступлений в РФ за 2014-2018 гг. (ед.) всего – левая ось; в области легализации денежных средств, полученных преступным путем – правая [2]

Как видно из данных графика, общее количество экономических преступлений в России с 2014 г. увеличилось на 1 666 ед. или 1,5% до 109 463 ед. в 2018 г., при этом наибольшее количество преступлений за рассматриваемый период зарегистрировано в 2015 г. (112 445), а наименьшее в 2017 г. (105 087). Незаконное присвоение активов остается самым распространенным видом преступной деятельности в сфере экономических преступлений как в России, так и во всем мире. Количество преступлений в области легализации денежных средств, полученных преступным путем, также увеличилось с 2014 г. на 219 ед. или 22,1% 993 ед. в 2018 г. Кроме этого, проанализируем и сопоставим с имеющимися данными информацию о размерах материального ущерба от экономических преступлений в РФ (Рисунок 2).

Рисунок 2. Материальный ущерб от экономических преступлений в РФ (по оконченным и приостановленным уголовным делам) в млрд руб. за 2014-2018 гг. [3]

Проанализировав данные, представленные на графике, можно отметить, что размер суммы материального ущерба от экономических преступлений в РФ демонстрировал положительную динамику с 2014 г. до 2017 г. Так, объем материального ущерба увеличился на 209,2 млрд руб. или 207% до 403,8 млрд руб., при этом, вне зависимости от тенденции к сокращению с 2017 г., в 2018 г. по отношению к уровню 2014 г., также наблюдалось увеличение объема на 39,7 млрд руб. или 16,9% до 234,3 млрд руб.

Сравнив данные о количестве экономических преступлений и суммы материального ущерба можем отметить, что с увеличением количества преступлений снижается сумма материального ущерба. Данная тенденция может означать изменение характера преступлений, таким образом, частота совершения преступлений увеличилась, при уменьшении среднего размера ущерба от одного совершенного преступления.

В связи с развитием киберпреступности и увеличением преступлений, совершенных при помощи банковского сектора, рассмотрим данные о количестве сомнительных операций в банковском секторе (Рисунок 3).

Рисунок 3. Количество сомнительных операций в банковском секторе РФ 2015-2018 гг. (млрд руб.) левая ось – вывод денежных средств за рубеж; правая ось – обналичивание денежных средств [4]

Рассматривая данные о количестве сомнительных операций в банковском секторе, представленные на рисунке 3, можно отметить отрицательную динамику количества сомнительных операций с 2015 г. по настоящее время. Таким образом, объем вывода денежных средств за рубеж уменьшился на 424 млрд руб. или 341% до 176 млрд руб., при этом также наблюдалось снижение объемов обналичивания денежных средств в структуре сомнительных операций на 428 млрд руб. или 686% до 73 млрд руб. Рассмотрим основные секторы российской экономики, в большей степени формировавшие спрос на теневые финансовые услуги в 2018 г. (Рисунок 4).

Как видно из круговой диаграммы, строительный сектор (29%) и услуги (22%) имели больший спрос на теневые финансовые услуги. На основе проведенной Росфинмониторингом оценке вовлечения субъектов в «теневые группы», использующие типологии ОД/ФТ (отмывания доходов и финансирования терроризма), можно отметить, что:

  • угроза вовлечения лизингового сектора (с использованием его инфраструктуры) в схемы легализации преступных доходов на умеренном уровне при относительно низком уровне уязвимости, который обуславливает потенциальный риск вовлечения сектора в противоправные схемы;
  • сектор операторов по приему платежей характеризуется крайне низкой криминализованностью и умеренным уровнем угрозы, при умеренном уровне риска использования сектора для целей ОД и низком уровне риска ФТ;
  • повышенным уровнем угрозы вовлечения в схемы легализации преступных доходов характеризуется сектор риэлторов, однако в силу сохранения высокого уровня корпоративного контроля в дополнении с государственным контролем, в секторе наблюдается умеренный уровень риска использования сектора в схемах ОД/ФТ;
  • угроза вовлечения факторинговых организаций в схемы ОД/ФТ минимальна, при умеренном уровне уязвимости и низком уровне риска, за счет эффективного контроля со стороны государства, «материнских» банков и кредитных организаций, обслуживающих сектор [7].
Читать еще:  Ведомость подотчетных денег

Рисунок 4. Секторы экономики России, формировавшие спрос на теневые финансовые услуги в 2018 г. [1]

Росфинмониторинг также отчитался о результатах принятых и принимаемых мерах по снижению рисков использования субъектов различных «теневых групп» в отмывании денежных средств:

  • в 2017 году банками принято 620 тыс. решений об отказе в совершении операций по переводу средств, что позволило пресечь вывод в теневой сектор более 181 млрд руб.;
  • в результате проверки достоверности ЕГРЮЛ, количество «фирм-однодневок» сократилось и составило 7,3% от общего числа юридических лиц в 2018 г.;
  • при реализации правоохранительными органами материалов Росфинмониторинга в области выведенных за рубеж преступных активов, в 2017 г. удалось арестовать активов на сумму около 10 млрд руб.;
  • в следствие введенной обязанности уполномоченных банков отказывать в проведении валютных операций, если таковые противоречат требованиям валютного законодательства, за последние годы объемы финансовых операций с признаками незаконного вывода средств за рубеж сокращены более чем в 20 раз – с 1,7 трлн рублей до 77 млрд рублей в 2017 г.;
  • при ужесточении уголовной ответственности за коррупционные преступления с 2015 г. осуждено свыше 4000 правоохранителей, более 400 депутатов, около 3000 должностных лиц;
  • в результате выявленных нарушений и соответствующего отзыва лицензии у 162 страховых организации в 2016-2017 гг. объем подозрительных операций сократился на 40% [5].

Проанализировав данные о проблеме легализации денежных средств, полученных преступным путем выявлено, что для российской экономики характерен рост объема отмываемых доходов и увеличение количества экономических преступлений в данной области. Определено, что в секторальной структуре экономики спрос на теневые финансовые ресурсы в большей степени формируют строительный сектор и услуги. Установлено снижение объема теневой экономики в структуре экономики России, при незначительном увеличении данного показателя в 2018 г. Отмечены результаты принятых и принимаемых мер государственными правоохранительными органами в области легализации денежных средств, полученных преступным путем.

ОСНОВНЫЕ МОДЕЛИ «ОТМЫВАНИЯ» ДОХОДОВ, ПОЛУЧЕННЫХ ПРЕСТУПНЫМ ПУТЁМ

магистрант, кафедра финансового мониторинга НГУЭУ,

РФ, г. Новосибирск

магистрант, кафедра финансового мониторинга НГУЭУ,

РФ, г. Новосибирск

В настоящее время, легализация доходов полученных преступным путем (отмывание денег или отмывание доходов) является одной из основных глобальных проблем мировой финансовой системы и экономики в целом. Тенденция роста объемов отмывания денег (ОД) является тревожным сигналом и все больше угрожает надежности мировой финансовой системы. В мировой статистике экономических преступлений, такое понятие как, отмывание доходов, занимает одно из лидирующих мест.

Отмывание доходов наносит ощутимый ущерб национальным экономикам всех государств, также способствует развитию преступной деятельности, в том числе и международной, росту коррупции, а так же увеличению террористических угроз. Согласно оценкам экспертов Организации объединённых наций (ООН) и Международного валютного фонда (МВФ), в последние годы, объём отмываемых денежных средств составляет от 2 до 5% мирового валового внутреннего продукта. Мировой ВВП в 2017 году, по данным МВФ составил почти 120 трлн долларов США. Объем отмываемых денежных средств по скромным подсчетам составил 2 трлн 400 млрд долларов США [7, 8].

В.Е. Понаморенко в своей работе отмечает, что отмывание доходов – бизнес, занимающий по своим размерам третье место в мире [6, С. 144]. Точный подсчет реальных объемов легализации доходов не поддается оценке, так как не все преступления данного характера удается отследить. Легализация доходов это действия, направленные на сокрытие источника и придание законного вида доходов, появившихся в результате преступных действий.

В международном праве, в г. Страсбурге 08.11.1990, при заключении Конвенции об отмывании, выявлении, изъятии и конфискации доходов от преступной деятельности, было дано определение понятию легализации доходов. Согласно ст. 6 Конвенции, под легализацией (отмыванием) доходов от преступной деятельности понимаются [1]:

  • конверсия или перевод собственности, полученной в результате правонарушения или правонарушений;
  • сокрытие или утаивание подлинного характера, источника, местонахождения, способа распоряжения, перемещения, подлинных прав в отношении собственности, полученной в результате правонарушений или правонарушения;
  • участие, причастность или вступление в преступный сговор с целью совершения любого правонарушения или правонарушений, приведенных выше;
  • приобретение, владение или использование имущества, если в момент его получения было известно, что оно является доходом, добытым преступным путем;
  • участие или соучастие в любом из правонарушений, определенных в настоящей статье, или в покушении на его совершение, а также за помощь, подстрекательство, содействие или консультирование в связи с совершением такого преступления.

Что касается отечественного правового опыта, то в РФ понятие легализации доходов, впервые было опубликовано в статье 3 Федерального закона от 7 августа 2001 года № 115−ФЗ «О противодействии легализации доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма» [2]. Согласно данному закону, отмывание преступных доходов определяется как придание правомерного вида владению, пользованию или распоряжению денежными средствами или иным имуществом, полученными в результате совершения преступления. Нелегальные доходы вытекают вследствие совершения преступлений, а также в результате неправомерных действий. Примерами источника незаконной прибыли может служить:

  • коррупция;
  • торговля оружием, наркотиками и людьми;
  • грабежи;
  • контрабанда;
  • воровство;
  • вымогательство
  • мошенничество и другие.

Большинство источников утверждают, что впервые термин «отмывание денег» появился в 20-е годы прошлого века. Мафия начала массово открывать автоматические прачечные, цены в них были низкие и как следствие, большой поток клиентов. Из-за невозможности государственными органами контролировать объемы выручки, в нее добавлялась наличность, полученная в результате совершения преступлений [4, С. 312].

Не стоит считать, что отмывание денег непосредственно связаны с прибылью, полученной в результате незаконных действий, например, доходы от подпольного игорного бизнеса, доходы от распространения наркотических средств, продажа оружия и подобное. Зачастую схемы отмывания используются для сокрытия части дохода, с целью уменьшения налогового давления со стороны государства.

Организаторы отмывания денег проводят свои махинации во многих финансовых сферах, однако самой популярной является кредитно-финансовая, по которой проходит основное движение капиталов. Зачастую незаконные денежные средства отправляются в так называемую зону офшоров и государства со свободным налоговым режимом. Популярными мировыми оффшорными зонами являются: Кипр, Панама, Белиз, Сейшельские острова, Сингапур и другие [5, С.31].

В настоящее время, в экономической науке имеется множество моделей отмывания доходов, которые включают в себя различные стадии и этапы. Далее рассмотрим основные модели легализации на сегодняшний день, такие как:

  • модель круговорота;
  • двухфазовая модель;
  • трехфазовая модель;
  • четырехфазовая модель;
  • четырехсекторная модель.
Читать еще:  Как подростку заработать много денег

Одной из первых моделей легализации доходов была представлена швейцарским ученым А. Цюндом в его научных статьях. Автор сравнил процесс отмывания денег с круговоротом воды в природе. Данная модель состоит из структурных компанентов, в результате чего после выполнения полного цикла происходит стирка «грязных денег» с последующим их внедрением в узаконенный бизнес [3, С. 197].

Двухфазовая модель отмывания денег подразумевает в себе 2 стадии легализации грязного капитала: первый этап – легализация криминальных капиталов; второй этап — инвестирование в законный экономический оборот.

Самой распространённой является трехфазовая модель. В процессе легализации доходов применяются следующие этапы: размещение, расслоение и интеграция.

Четырехфазовая модель включает в себя: освобождение; распределение; маскировка; интеграция.

Разработчиком четырехсекторной модели является швейцарский ученый К. Мюллер. Согласно данной модели, показаны сектора с критериями легальности и нелегальности операций, а также страна отмывания денег и совершения преступления.

В первом секторе идет предварительное отмывание денежных средств внутри страны совершения преступления. Далее, уже частично легализованные денежные средства собираются в единый массив, для подготовки отправки за границу (зачастую посредством контрабанды). На третьем этапе осуществляется процесс подготовки к введению легализованных доходов в легальную финансовую систему. И в заключении отмытые деньги, в целях маскировки, попадают в легальный бизнес [3, С.199].

Эксперты Международного валютного фонда в своих отчетах выделили три основных, негативных последствия легализации доходов, полученных преступным путем.

1) Во-первых отмывание денег имеет неблагоприятное влияние на макроэкономические эффекты, а также на стабильность экономической и политической обстановки в государстве.

2) Также специалисты отмечают, что легализация доходов ведет за собой снижение уровня сбора налогов.

3) Одним из главных последствий заключается в том, что борьба с развитием отмывания доходов, требует достаточно крупных государственных затрат и расходов, в частности на регулирование банковского сектора [7].

Проблема легализации доходов полученных преступным путем, в условиях глобализации, получила международный характер. Тенденция увеличения объемов отмывания доходов стала глобальной угрозой мировой экономической безопасности. Для предотвращения развития легализации преступных доходов, от государств требуется согласованная работа по борьбе с данной незаконной деятельностью, как на международном, так и на национальном уровне. В результате чего, регулярно, продолжается развитие международного сотрудничества в сфере ПОД/ФТ. В качестве ответных мер идёт построение единого правового пространства, направленного на борьбу с отмыванием денег.

Криптовалюты и преступность: что говорит статистика

Противники криптовалют часто утверждают, что криптомонеты массово используются в отмывании денег, торговле наркотиками, оружием, финансовых преступлениях и финансировании террористов. В прессе регулярно выходят статьи об очередном взломе криптобиржи или отмывании денег через биткоины. Мы разобрались, что стоит за такой славой и каковы масштабы проблемы.

Взломы бирж и кошельков

Больше всего мошенники украли у бирж — зачастую их легче взломать, чем отдельный кошелек, а потенциальный доход несоизмеримо больше. По данным Group-IB, CipherTrace, Carbon Black, хакеры украли в 2018 году криптовалют на сумму от $1.1 до $1.7 миллиарда, из которых $960 миллионов — у криптобирж и платежных систем. Количество таких случаев выросло в 3.5 раза по сравнению с 2017 годом, и в 7 раз по сравнению с 2016 годом. 56% крипто-краж пришлись на биржи Южной Кореи и Японии.

Самые крупные кражи в 2018 году:

$532 миллиона у Coincheck

$60 миллионов у Zaif

$40 миллионов у Coinrail

$31 миллион у Bithumb

В большинстве случаев причинами краж стала незащищенность горячих кошельков, на которых хранились средства пользователей.

Хакеры работают командами, а не поодиночке

Интересно, что большинство хакерских атак совершают не одиночки, а командные игроки. Согласно свежему исследованию аналитической компании Chainalysis, 2 группы хакеров провели 60% всех зарегистрированных взломов криптобирж и суммарно украли криптовалюты на сумму более $1 миллиарда.

Исследователи обозначили хакерские группы как «Альфа» и «Бета». «Альфа» — это гигантская, жестко контролируемая организация, которая преследует не только денежные цели. «Бета» — менее организована, хуже следит за безопасностью и полностью сосредоточена на деньгах.

Обе группы действуют с украденными криптовалютами по-разному. «Альфа» переводит монеты сразу после взлома, «Бета» — в течение 18 месяцев. Хакеры ждут минимум 40 дней, пока интерес к краже стихнет, после чего стараются обналичить монеты как можно быстрее — 50% всех украденных средств обналичиваются в течение 112 дней.

Обычно хакеры крадут монеты на $90 миллионов за раз, но увеличилось и количество «незначительных краж» на $20−$30 миллионов. После кражи, в среднем, они пропускают украденные криптовалюты около 5000 раз через систему кошельков, обменников и одноранговых транзакций до того, как обменять их на фиатные валюты.

Для обналичивания денег иногда используются даже регулируемые биржи, соблюдающие строгие процедуры AML — процессов по борьбе с отмыванием денег. Отследить украденные или отмытые деньги сложно — о происхождении денег можно узнать лишь постфактум, но не в режиме реального времени.

Исследователи считают, что обе группы, скорее всего, все еще активны.

ICO-мошенничество и фейки в Twitter

По разным данным, от половины до 80% ICO изначально создавались как мошеннические: их организаторы знают о нереализуемости проекта, а значительная часть собранных средств тратится на личные или рекламные цели. При этом в 2017 году за счет ICO было привлечено от $5.6 до $6.2 миллиарда. Раз ICO никак не регулируются, то у их организаторов нет никакой ответственности перед инвесторами. Согласно данным Европейского центра анализа киберпреступности ЕС, в 2017−2018 годах скам-проекты привели к потере $1.4 миллиарда инвесторами.

Пожалуй, самый яркий пример ICO-мошенничества в 2018 году — американский проект Centra. Весной проект, который рекламировал боксер Флойд Мейвезер и другие знаменитости, обманом привлек $32 миллиона, после чего руководство попыталось сбежать из страны. В ноябре забавный случай произошел со скам-проектом Pure Bit — руководитель стартапа сначала сбежал с $2.7 миллиона, а потом раскаялся и вернул деньги пользователям.

В 2018 году в Twitter также были популярны так называемые «нигерийские письма» — вид мошенничества, когда с поддельных страниц знаменитостей обещают бесплатно раздать монеты в обмен за небольшой платеж. Мошенничество быстро раскрывается, но фейки могут успеть заработать по несколько тысяч долларов, а вся «отрасль», по некоторым оценкам, приносит от $50,000 до $100,000 в день.

Фишинг, криптоджекинг и вымогательство

Одна из популярных схем обмана пользователей — фишинг — создание сайтов-клонов известных бирж, ICO-проектов и кошельков (86% подделок — кошелек MyEtherWallet). Когда пользователи вводят свои данные в фишинговой программе, злоумышленники получают полный доступ к счетам жертвы. Судя по данным Лаборатории Касперского, каждый квартал преступники крадут таким образом по $2−$3 миллиона.

Читать еще:  Заработок денег на играх без вложений

Также распространен незаконный майнинг — криптоджекинг, когда преступники используют зараженный компьютер для незаметного майнинга в свою пользу. Количество подобных случаев в 2018 году увеличилось в 4 раза, вирусами были заражены около 13 миллионов устройств. Сначала криптоджекинг применяли для майнинга, со временем его стали использовать и для проведения DDoS-атак и других киберпреступлений. Главные жертвы криптоджекинга — компании. По данным Carbon Black, атаки на предприятия составили пятую часть всех хакерских атак.

Кибер-вымогательство — это еще одна новая форма киберпреступлений. Вирусы шифруют файлы на зараженном компьютере, после чего требуют выкуп в криптовалютах за ключ дешифровки. Яркие примеры: CryptoWall, Locky, KeRanger, XCodeGhost, WannaCry, NotPetya. По оценкам Cyber Threat Alliance, вирусы-вымогатели могли суммарно вытянуть у их жертв $325 миллионов.

Отмывание денег

Из-за анонимности и правовой неопределенности криптовалют их принято обвинять в использовании при отмывании незаконных доходов. По данным Европола и Великобритании через криптовалюту отмывают $5.5 миллиарда в год. 97% криминальных биткоинов отмывают через биржи со слабой AML-политикой.

Исследователи утверждают, что доля нелегальных транзакций с биткоином снижается каждый год и составляет 0.6%−1% от всех транзакций (по японским данным, всего 0.19%).

По данным ООН, ежегодный объем нелегальных сделок составляет $1−$2 триллиона. На этом фоне $1−$2 миллиарда кажутся незначительными — это десятые доли процента. Вся капитализация Monero, Dash и ZCash — $2.2 миллиарда на данный момент. Очевидно, что денежная масса отмываемых через криптовалюты средств незначительна.

Террористы и наркотики

Связывать криптовалюты с наркотиками стали еще со времен Silk Road. Согласно официальным данным, оборот площадки составил около $1.2 миллиарда, доход — $90−$126 миллионов, ее использовали несколько тысяч нелегальных продавцов и более 100,000 покупателей по всему миру.

Согласно данным Фонда борьбы за демократию (FDD), на оборот наркотиков приходится до 90% всех незаконных транзакций с криптовалютами. Годовой оборот такой торговли может составлять $4−$5 миллиардов, доходить до 0.5%−1% от общего оборота и охватывать до трети всех покупателей.

Что касается терроризма, то, по данным отчета Европола и правительственной комиссии Великобритании, биткоин и другие криптовалюты в последнее время не использовались для финансирования терактов на территории Европы и маловероятно, что ситуация изменится в течение ближайших пяти лет. Исследование Center of a New American Security говорит о том, что террористы плохо понимают технологию криптовалют и предпочитают наличные и банковские переводы, как более удобные и безопасные. Но эксперты предостерегают, что ситуация может измениться, если террористы «распробуют» технологию и начнут ей доверять.

Преступность прекрасно обойдется и без криптовалют

Из-за анонимности транзакций, быстроты переводов в обход финансовых организаций и отсутствия необходимости уплаты налогов криптовалюты кажутся идеальными средствами для ухода от налогов, отмывания денег и покупки оружия. Но на деле они не так удобны для преступников, как может показаться. Цифры гласят, что криптовалюты не так популярны среди преступников, как принято думать.

Опыт борьбы с даркнетом показывает, что государство способно бороться с киберпреступностью, а анонимность криптовалют сильно преувеличена — анонимно обменять деньги становится все сложнее, спецслужбы умеют связывать транзакции с конкретным пользователем, от чего не спасают даже сверханонимные монеты. В таких условиях криптовалюты — лишнее посредническое звено, ведь наличные отследить сложнее.

Если объединить цифры выше, то за последние 2 года назвать преступными очень примерно можно $13−$16.7 миллиарда из вращающихся в криптомире средств. Много это или мало, зависит от размера капитализации крипторынка. При капитализации в $700 миллиардов это всего 2%, при капитализации в $100 миллиардов — уже 13%−16%. Зато очевидно, что на фоне преступных триллионов долларов, это незначительная величина.

Фиатные наличные деньги используются преступниками в сотни раз шире, но это не повод к их запрещению. Понятно, что криптовалюты, как инструмент преступности, гораздо менее универсальны и удобны, чем их традиционные аналоги.

Годовая
подписка
на
Хакер

Xakep #252. Чемоданчик хакера

Xakep #251. Укрепляем VeraCrypt

Xakep #250. Погружение в AD

Xakep #248. Checkm8

Количество попыток отмывания денег выросло почти в три раза

Xakep #252. Чемоданчик хакера

Специалисты «Лаборатории Касперского» подсчитали, что каждая пятидесятая онлайн-сессия в банковском секторе и сфере электронной коммерции в России и мире в 2019 году проводилась злоумышленниками.

Чаще всего — в 63% случаев — попытки совершить несанкционированные денежные переводы осуществлялись с помощью малвари или приложений для удаленного управления устройством. Среди последних лидировали AnyDesk, Team Viewer, AirDroid и AhMyth. После установки такого ПО вероятность, что злоумышленники с помощью социальной инженерии получат удаленный доступ к экрану устройства, достигала 48%.

На втором месте оказалось использование скомпрометированных учетных данных: с ними был связан каждый третий инцидент (34%). В этих случаях злоумышленники преследуют несколько целей: совершить кражу, убедиться в подлинности учетных записей для последующей перепродажи, собрать дополнительную информацию о владельце (номер телефона, адрес и так далее) для пополнения своей базы новыми сведениями.

В результате таких действий компании несут финансовые убытки за счет роста расходов на отправку второго фактора аутентификации через SMS, а ресурсы организации могут перестать работать из-за большого количества авторизационных запросов ботнета, что также влечет репутационные риски.

На инциденты, связанные с отмыванием денежных средств, пришлось 3% атак. Эта цифра, сама по себе небольшая, но является показательной, поскольку количество таких попыток выросло по сравнению с 2018 годом почти на 182%.

Эксперты объясняют этот рост сокращением количества банков, повышением доступности инструментов мошенничества, а также многочисленными утечками данных, в результате которых злоумышленники легко находят в сети огромное количество интересующей их информации. Для сложных схем отмывания денег мошенники используют инструменты автоматизации, средства удаленного администрирования, прокси-серверы и браузер Tor для сохранения анонимности. Также в этих схемах участвуют дроп-сервисы, которые позволяют контролировать несколько аккаунтов через одно или несколько связанных устройств. Когда на них поступают финансовые средства, эти деньги переводятся дальше или обналичиваются разными схемами.

«И в мире, и в России большинство мошеннических операций связано с выводом похищенных средств, уходом от налогообложения, отмыванием доходов, полученных преступным путем, поэтому сегодня компаниям нужно иметь механизмы, позволяющие проверять легальность операций», — комментирует Сергей Голованов, ведущий антивирусный эксперт «Лаборатории Касперского».

Ссылка на основную публикацию
Adblock
detector